Владимир (Зеев) Жаботинский (1880-1940)

Анализ национального состава узников совести в СССР приводит к любопытным открытиям. Логично было бы ожидать, что среди заключенных пермских и мордовских лагерей доля представителей той или иной национальности будет примерно соответствовать ее удельному весу в населении СССР. На самом деле картина была совершенно иная. В последние 10-15 лет существования коммунистического режима большинство политзаключенных составляли украинцы. Так, Л. Алексеева в «Истории инакомыслия в СССР» («Хроника-пресс», 1984) указывает, что «к концу 1976 г. в лагере особого режима из 20 политзаключенных 13 были украинцы». Второй крупнейшей национальной группой были евреи, также давшие «несоразмерно» высокий процент диссидентов. Такая ситуация не могла не привести к сотрудничеству двух национальных движений - украинского и еврейского. Известны многочисленные примеры взаимопомощи диссидентов украинцев и евреев: когда еврей-врач жестоко страдал за проведенную им независимую психиатрическую экспертизу бывшего генерала-украинца, объявленного властями душевнобольным, или когда заключенный-украинец воевал с администрацией лагеря за право своего сокамерника, верующего еврея, исполнять религиозные обряды. Такое сотрудничество было тем более трогательным, если учесть, что исторически между украинским и еврейским народами складывались далеко не простые отношения.
Эта традиция борьбы «за вашу и нашу свободу» возникла еще в досоветский период. Известно, что В. Г. Короленко резко выступил против сфабрикованного царскими властями «дела Бейлиса», а присяжный суд, состоявший из украинских крестьян, оправдал невиновного. Примерно в то же время выдающийся мыслитель и публицист В. Жаботинский оборонял национальные права украинцев. Естественно, не смолчал он и тогда, когда царское правительство, нарываясь на европейский скандал, запретило в 1911 году отмечать 50-летие со дня смерти великого национального поэта Украины Тараса Шевченко.
Жаботинский родился в 1880 году в Одессе в обрусевшей семье. Ему дали имя Владимир, которому соответствует на иврите эквивалент Зеев. (Впоследствии Жаботинский употреблял либо одну, либо другую форму.) С гимназических лет он проявил разнообразные литературные способности. Однако страшный еврейский погром в Кишиневе в 1903 году, организованный с «высочайшего» благословения, произвел переворот в сознании Жаботинского: он решает посвятить себя своему народу. В этой ипостаси он и прожил всю свою трудную и бурную жизнь. Жаботинский становится широко известным в России публицистом; он принимает участие в сионистских конгрессах, организует предвыборную кампанию в Государственную думу, служит корреспондентом во время первой мировой войны и т. д. Он живет и работает в Вене, Стамбуле, Париже, Палестине... (В зрелые годы Жаботинский свободно владел восемью языками.) За противодействие британской администрации его арестовали в Иерусалиме и приговорили к 15 годам каторги, но волна возмущения во всем мире заставляет англичан освободить его.
Как мы уже указывали, Жаботинский не был узким еврейским националистом или шовинистом. Когда в 1926 году в Париже еврей С. Шварцбарт, которому агенты ГПУ внушили, будто С. Петлюра является организатором еврейских погромов на Украине в годы гражданской войны, застрелил Петлюру, В. Жаботинский решительно выступил в защиту чести убитого. В статье «Ди «Крим» колонизацие» («Крымская» колонизация»), опубликованной 4 июля 1926 года в издающейся на языке идиш нью-йоркской газете «Дер морген журнал», он писал:
«... Ни Петлюра, ни Винниченко, ни остальные выдающиеся члены этого украинского правительства никогда не были теми, кого называют «погромщиками». Хотя я их лично не знал, все же я хорошо знаю этот тип украинского интеллигента-националиста с социалистическими взглядами. Я с ними вырос, вместе с ними проводил борьбу против антисемитов и русификаторов - еврейских и украинских. Ни меня, ни остальных думающих сионистов южной России не убедят, что людей этого типа можно считать антисемитами».
Демократические воззрения В. Жаботинского со временем привели его к конфликтам с руководством сионистского движения и даже к выходу из Всемирной сионистской организации, что положило начало ревизионистскому движению в сионизме, из которого впоследствии выросла партия «Херут» («Свобода»).
Предвидя катастрофу европейского еврейства после прихода к власти Гитлера, Жаботинский пытается эвакуировать евреев из Европы в Палестину, но наталкивается на противодействие еврейских партий, которые выбрали тактику выжидания. После начала второй мировой войны Жаботинский переезжает в США, где стремится организовать еврейскую армию, которая вместе с западными союзниками боролась бы против нацизма. В разгар этой деятельности он внезапно умер в августе 1940 года.

Посетителям Украинской Читальни будут предложены несколько удивительно злободневных в наше время работ В.Жаботинского (статью "На ложном пути" я советовал бы выучить наизусть каждому еврею, проживающему на территории бывшего СССР!), которые автор этих строк раскопал в старых изданиях и опубликовал в последние годы. Пока что мы в состоянии предоставить лишь одну статью - "Урок юбилея Шевченко", впервые увидевшую свет в газете "Одесские новости" от 27 февраля 1911 года (перепечатана мною с настоящим предисловием в журнале "Огонёк" № 11 за 1996 год).